Русский / EnglishФонд «Наследие Евразии»
О насСобытияПроектыПартнёрыКонкурсыИзданияКонтакты
Издания
  • Книги
  • Периодика
  • Статьи
  • Интервью

От единства к взаимодействию 2010

Автор: Оксана Осипова, руководитель группы анализа стран СНГ, Центр развития; руководитель проекта "Бюллетень Экономическое обозрение СНГ"
"НГ-сценарии" (специальное приложение "Независимой газеты") 26.10.2010

Возросший в последнее время интерес — не только теоретический, но и практический и политический — к постсоветскому пространству острее ставит вопрос о вероятности российской экспансии в странах СНГ, особенно применительно к малому кругу стран, которые сохраняют политический интерес к широкому взаимодействию с Россией. Речь прежде всего идет о странах, поддерживающих взаимодействие в рамках региональных соглашений и находящихся в поиске новых решений по развитию интеграции на постсоветском пространстве (Беларусь, Казахстан, Таджикистан, Киргизия). Постепенно расширяется политический и экономический спектр отношений с Украиной и Туркменией. К региональным отношениям все больше тяготеют и отдельные страны Прибалтики.

Этим подтверждается, что в регионе сохраняется значимость России — не только как крупного политического игрока, но прежде всего как важного регионального рынка.

Новые условия

Фактически стоит говорить о новом этапе развития региональных процессов, который в настоящее время усложняется и может быть охарактеризован следующим образом: рост политического суверенитета отдельных стран, формирование независимых политических институтов и разнообразных политических систем в некогда единых странах; формирование распределенных экономических связей, c широким спектром торгового взаимодействия в мировой экономике; увеличение разрывов в экономическом развитии стран; повышение роли экономических интересов в формировании политических взаимоотношений; исчерпание экономического потенциала роста, базирующегося на использовании природных ресурсов, а также инфраструктуры и человеческого потенциала, которые были созданы в советское время.

Сегодня множество стран ориентированы на разные уровни глобальной экономической политики. Прибалтийские государства тяготеют к региональной интеграции в ЕС; Беларусь, Казахстан, Россия — к региональной интеграции в рамках вновь формируемой региональной институциональной среды на постсоветском пространстве; к нейтральной позиции самодостаточных государств — Азербайджан, Туркменистан, Узбекистан.

Кризис как фактор интеграции

Дополнительный импульс развитию региональной интеграции, безусловно, дает последний кризис. Его роль в данном случае состоит в реальном подтверждении ограничений на дальнейшее проведение экспансионистской политики. Вялое восстановление спроса в посткризисный период в очередной раз указывает на ограниченность роста, базирующегося на сырьевой экономике. Отчасти возможности для экспансии сырьевых экономик (в том числе и постсоветских) были связаны с постепенной деиндустриализацией экономик развитых стран и переносом производств ближе к рынкам сбыта. Эти процессы привели к дополнительному росту спроса на сырьевые ресурсы, особенно энергетические. По мере исчерпания экспансии на азиатские рынки реальный спрос на сырьевые ресурсы становится ограниченным, что ярко демонстрируют ограничения для сырьевых экономик. Темпы роста в этих условиях будут снижаться до минимальных (3–5%), маржа также будет ниже в связи с необходимостью инвестиций в сырьевые сектора, а уровень доходов населения все еще остается недостаточным. Ценовые всплески, которые раньше приносили больше пользы, чем вреда, сегодня несут в себе угрозу глобальной инфляции. Низкая диверсификация экономик затрудняет процесс самостоятельного развития, поскольку потребности и возможности в условиях негибких денежных систем начинают резко расходиться. Темпы экономического роста в 3–5% являются недостаточными для решения социальных проблем в странах с невысоким уровнем средних доходов. Эти проблемы усугубляются и предстоящим ростом расходов пенсионных систем. Понятно, что их будет сложно решать за счет заимствований на внешних рынках. Концентрация на собственных дисбалансах и проблемах в странах, обеспечивающих потребности в финансовых ресурсах, повышает недоверие к финансовым системам, в то время как собственные финансовые системы в развивающихся странах остаются достаточно молодыми и не получили адекватной степени доверия. К этому вполне может добавиться неустойчивость валютных систем развитых стран. Кратковременность периода устойчивого развития молодых экономик делает затруднительным решение такого рода вопросов за счет эмиссий.

Возникающий интерес к региональной интеграции связан с попыткой «зафиксировать» неопределенность. Особенно велико, как мы видим, тяготение к крупнейшим рынкам сбыта. Кризис усиливает эту тенденцию, поскольку страны хотят иметь страховку на случай очередного возможного краха. Их желание держаться в шторм у большого корабля в этих условиях вполне понятны.

Создание условий для экономического роста

Тем не менее процесс интеграции не является процессом возвращения в СССР, как это хотят представить западные политические эксперты. Россия понимает, что в условиях образовавшегося вакуума экспансии развитых стран, их вынужденной концентрации на собственных политических и финансовых проблемах постсоветское пространство может оказаться в вакууме. При том что многие государства являются достаточно молодыми, а их экономики неразвитыми, это создает угрозу не только для экономической, но и для политической стабильности. Однако основная задача России в этих условиях состоит не в интеграции любой ценой, чтобы не допустить «заполнения» вакуума чуждыми нашим интересам силами, а в формировании экономически устойчивой системы в странах-соседях — такой системы, которая поддерживала бы крепкую политическую систему и национальный суверенитет.

Создание условий для экономического роста, который в этих странах так или иначе связан с упрочением торговых взаимоотношений с Россией, свободой передвижения рабочей силы и финансовых потоков, должно быть взаимовыгодным. Это уже не борьба за территорию, единое языковое пространство. Это не альтруистский подход, позволяющий жертвовать собственными экономическими интересами. Это начало достаточно сложной игры, в которой неизбежна политическая конкуренция с другими странами и региональными блоками. Однако только такой подход может позволить не требовать встречных жертв от новых государств и еще раз подтвердить независимость их политического выбора.

Основной проблемой здесь является характер развития отношений на постсоветском пространстве. Фактически мы движемся вразрез с привычной для советского времени идеологией — от идей всеобщего единства (которые в настоящее время выглядят утопическими) к более сложному конкретному взаимодействию. Это часто интерпретируется как продолжение процессов дезинтеграции. Однако процесс фиксации простых и понятных правил независимыми государствами (например, принятие Таможенного кодекса) оказывается сложнее, чем подписание абстрактных, ни к чему не обязывающих соглашений.

Этот процесс движения по формированию институтов и есть реальный процесс закрепления того уровня интеграции, который можно считать базисным.

По всей видимости, следует признать, что процесс интеграции и сохранения существующих свобод, обеспечение новых свобод будут более сложными и противоречивыми, чем это казалось раньше.

Восстановление материальных производственных цепочек или их создание заново

При этом, если экономическая дезинтеграция скорее всего достигла предельных уровней, то формирование культурных, образовательных и других социальных различий, видимо, будет продолжаться. Здесь значимым фактором остается победа не числом, а уменьем. Ради возможностей развития отраслей с высоким человеческим потенциалом и необходимо объединение усилий, развитие специализации, которое лежит в основе любого интеграционного процесса. Именно эти стимулы — выхода за процессы материального производства — и являются основной задачей для постсоветской интеграции. Такая экономическая система несовместима ни с сырьевой экономикой, ни с негибкими денежными системами, которые сформировались в последнее время в постсоветских странах. Важным вопросом в этих условиях является вопрос о возможности перескочить или ускорить фазу материального производства, которая предшествует формированию таких экономических систем.

На сегодняшний момент никто не питает иллюзий относительно выбора между оптимальностью и технологичностью — речь скорее идет о том, что более широкий рынок позволяет развить специализацию производств и тем самым создать условия для дальнейшего экономического рывка. Эффекты от масштабирования бизнеса непроизводственной сферы, которые дает интеграция, не поддаются фактическим обсчетам. Уступая российский рынок компаниям из интегрируемых стран, Россия должна понимать, что ее положительный выигрыш может трактоваться как значимо положительный только с этой точки зрения. Интеграция для России будет настолько успешной, насколько успешно будет развиваться финансовый сектор, а также сектор сферы услуг, насколько привлекательными и эффективными будут внутренняя политическая система, образование, насколько широко будут использоваться интеллектуальные ресурсы для развития бизнеса. Для России рынок постсоветских государств привлекателен и тем, что это пространство, на котором в силу сохраняющейся общности стран и их географической близости может более активно работать широкий спектр предприятий и институтов.

Благоприятные предпосылки и важные последствия

Не следует забывать, что для стран постсоветского пространства интеграция с Россией означает развитие более диверсифицированных экономик. Именно торговля с Россией носит более диверсифицированный характер, что создает дополнительные стимулы для сохранения и развития взаимосвязей. Аналогичная ситуация и в России — рынки несырьевой продукции в странах СНГ остаются также значимыми для развития этих секторов (хотя и не являются достаточно масштабными).

Важным стимулом для всех стран (и этим будет в конечном счете определяться эффективность взаимодействия) является возможность формирования экспортных стратегий по расширению спектра продукции, выпускаемой на мировой рынок (не только в существующих традиционных для мирового рынка секторах, но и в рамках новых производств). Определенный эффект может быть достигнут и в связи с возможностью переноса части производств в сфере машиностроения из еврозоны и США в Россию.

В целом следует отметить, что развитие интеграции дает значительный косвенный эффект (как и создание дорог) для малого и среднего бизнеса, который может использовать налаженную инфраструктуру для выхода на новые рынки. Кроме того, эти процессы (если они не создают «особых» правил для крупных региональных игроков) выгодны и многонациональным компаниям, региональные структуры которых присутствуют в РФ. С этой точки зрения процесс региональной интеграции является «попутчиком» глобализации экономики.

Кризис по-новому, более адекватно поставил вопросы развития. Неопределенность динамики мировых рынков заставляет более осторожно относиться к инвестициям. Интеграция необходима теперь не только для взаимодействия в краткосрочной перспективе и решения текущих вопросов (миграции, торговли и др.), но и для выработки более качественных концепций долгосрочного развития. Инвестиционные проекты становятся более капиталоемкими и долгосрочными. В этих условиях страны-соседи не заинтересованы в создании избыточных производственных мощностей, тем более что часть продукции ориентируется на региональный рынок.

При этом не следует рассчитывать, что интеграция решит все проблемы. Не следует думать, что наднациональные институты заменят национальные системы. Наоборот, эффективность наднациональных институтов будет выше, если они будут формироваться на основе крепких национальных систем. Экономическое неравенство в развивающихся странах и слабые политические системы, амбиции политиков отдельных стран не способствуют формированию устойчивых политических и финансовых институтов. Наднациональные органы в этих условиях не могут быть лучше национальных. Не случайно интегрированность экономик, в частности в Азиатском регионе, а также в странах Персидского залива все еще далеки от того уровня, который характерен для Европы. Слабость отдельных политических систем в этих условиях может являться препятствием для развития интеграции на постсоветском пространстве. Однако России в некоторых случаях проще понять существующий политический уклад в странах бывшего СССР, чем другим государствам. Это также дает нам преимущество. Понимание слабостей политической системы не связано с желанием использовать их в своих интересах, но связано с пониманием общности проблем и путей их решения на пути к цивилизованной политике. Это может помочь минимизировать издержки интеграции в глобальную экономику новых независимых государств, повышению их авторитета в мире.