Русский / EnglishEurasia Heritage Foundation
About usEventsProjectsPartnersContestsPublicationsContacts
Publications
  • Books
  • Periodicals
  • Articles
  • Интервью

Panasik Yuri, Dmitry Medvedev should create his image // Kreml.org political expert network 20 March 2005 (in Russian)

Прошло две недели после выборов президента России; что можно сейчас сказать о возможном распределении полномочий между Путиным и Медведевым после инаугурации?

Если вспомнить избирательную кампанию Дмитрия Медведева, то он ее строил, в основном, ориентируясь на внутренние, внутрироссийские проблемы. Он практически не касался внешней политики, говорил об этом вскользь, на общие темы. И только в преддверие и сразу после президентских выборов наметился некий крен во внешнюю политику. В этой связи можно отметить неформальный саммит СНГ. В публичном пространстве Медведев представлялся как некое открытие для лидеров стран СНГ. Хотя многие лидеры СНГ Медведева знали и прекрасно с ним общались. Но сам факт представления продемонстрировал переключение будущего президента на внешнеполитические вопросы. В этом смысле показателен также визит Медведева в Сербию, очень актуальный регион в мировой политике в связи с Косово. Поэтому можно говорить, что он постепенно входит в роль президента, получает полновесные полномочия.

На мой взгляд, несколько дней назад произошло очень показательное событие — совещание с экспертами по поводу экономических вопросов. Я думаю, что это в каком-то смысле знак активным, динамичным электоральным группам, что именно на них будет опираться избранный президент в своей работе. Конечно, совещание с экспертами — это техническое мероприятие, и говорить о том, что действительно происходит перераспределение полномочий, что возникла новая конфигурация власти — пока рано. Но я считаю, что после инаугурации в мае нас ждет второе издание административной реформы. Каким образом это пройдёт, пока непонятно. Еще трудно судить о том, как будет выстроена работа аппарата правительства, администрации президента, как будет осуществляться координация между ним. Мы не знаем, изменится ли структура министерств, федеральных агентств, как будут распределено подчинение различных федеральных служб между президентом и премьер-министром. По этим вещам можно будет судить о некоей понятной конфигурации власти. И самое главное — понятной для различных центров силы в нашей стране, которые должны решать вопросы с властью. Я имею в виду, в первую очередь, Государственную Думу, политические партии и, конечно, бизнес. Российский бизнес сейчас находится в некоем подвешенном положении, это немного напоминает ситуацию 2004–го года, когда была смена правительства Касьянова на Фрадкова, и была запущена административная реформа. Тогда бизнес не знал, к кому надо идти для решения тех или иных задач. И сейчас похожая ситуация, поскольку идёт переток и перераспределение полномочий в сфере контроля над финансовыми ресурсами. Тем более, что в нашей стране привыкли к тому, что все крупные вопросы традиционно решаются через одного человека, самого главного, и теперь непонятно, через кого придется решать эти вопросы, через премьера, Путина, либо это будет компетенцией Медведева.

Как вы считаете, не будут ли конкурировать два аппарата — администрация правительства и администрация президента?

Да, здесь есть достаточно сильный конфликтный потенциал. И вообще складывается очень нестандартная ситуация для России, когда наряду с президентом действует очень сильный премьер-министр. Можно вспомнить президентство Ельцина: когда возникал сильный премьер, то президент пытался разными способами нейтрализовать его влияние. Особенность нынешнего периода состоит в том, что Медведев выиграл выборы с большим результатом, но его победа — это победа выдвинувшей его правящей группы. Это несколько другой статус, нежели был у Владимира Путина, который и в 2000 и в 2004 году стал победителем в некоем противостоянии элит и был свободен в выборе команды и программы действий. То есть, с одной стороны, Медведев имеет электоральную поддержку, но это не та электоральная поддержка, которая позволит ему в ближайший период проводить любые перестановки в Министерствах, продвигать своих людей, создавать собственную команду. Ему будет гораздо сложнее это делать, чем Путину. Хотя Путин в начале президентского срока имел огромное количество проблем: это и сложная экономическая ситуация, и проблема безопасности государства, Чеченская проблема и многие другие. Вчерашнее заседание с экспертами — это как раз та область, где Медведев будет пытаться искать какие-то альтернативные каналы и даже выработать инструменты, которые позволят ему сформировать некие собственные или даже общественные ресурсы, а не только аппаратный вес. То есть, тот электорат, который за него проголосовал, это, можно сказать, путинский электорат. А задача заключается в том, чтобы сделать его электоратом Медведева. Мы знаем, что Путин встречался с экспертами-политологами в рамках Валдайского форума, но обсуждение экономических вопросов с экспертами, насколько мне известно, это несколько другая практика. Потому что тон задают не представители власти, а эксперты. И притом — это эксперты не теоретические, а эксперты, которые непосредственно занимаются той сферой, которая обсуждалась, а именно, глобальным финансовым кризисом. Медведев во многом похож на Путина. Он преемник Путина и в любом случае вынужден действовать как Путин. Но он должен выстроить свой образ, и встречу с экспертами можно рассматривать как первый шаг к созданию собственного образа Медведева.

Как вы считаете, возможны ли до инаугурации перестановки в системе власти?

Если сейчас проводить перестановки в правительстве, когда Путин исполняет обязанности президента, а Медведев находится в ожидании инаугурации, то будут возникать вопросы, а кто эти перестановки проводит, в чьих это интересах, под кого эти перестановки производятся? То есть, возникает некая двусмысленность. После инаугурации, я думаю, Путин будет играть большую роль в формировании правительства. Потому что за восемь лет он сумел создать вокруг себя сильную команду, которая имеет большое влияние. Медведев в этом плане более ограничен, но я думаю, что они могут договориться и сейчас идет большая работа по формированию новой конфигурации власти.